Rambler's Top100

Лекция о Чаадаеве

 

Петр Яковлевич Чаадаев (1794-1856).


 Первым нашим христианским социологом был Чаадаев. Он создал удивительное, неповторимое произведение своего аристократического ума: «Философические письма».

 Биографические данные. Родился и умер в Москве. Отец  Яков Петрович Чаадаев – подполковник. Мать княгиня Наталья Михайловна Щербатова – из древнейшей русской фамилии, ведущей свое происхождение от св. Михаила Черниговского. Родители рано умерли и Петра Чаадаева (как и его старшего брата Михаила) воспитывала тетка  А. М. Щербатова, которая перевезла их в свой дом на Арбате. Учился (1808-1811) в Московском ун-те вместе с А. Грибоедовым и будущими декабристами Н. Тургеневым и И. Якушкиным. Вступил в северное тайное общество, но активного участия в нем не принимал.

В 1812 г. поступил в Семеновский полк, а затем (1813г.) в Ахтырский гусарский. Участвовал в Бородинском сражении и многих других. Брал Париж. Награжден св. Анной  и Кульмским крестом. С 1816 г. корнет в Гусарском лейб-гвардии полке, расквартированном в Царском Селе. Там подружился с Пушкиным.  Тот писал:

Он вышней волею небес

Рожден в оковах службы царской;

Он в Риме был бы Брут, в Афинах Периклес,

А здесь он — офицер гусарский.

 «Периклес» по-гречески – «окруженный славой».

1817-1820гг – адъютант кн. Васильчикова, командира гвардейского корпуса. Блистал в петербургских салонах умом, безукоризненными манерами и умением одеваться («Второй Чаадаев мой Евгений» – писал Пушкин).

В 1820 г. взбунтовался Семеновский полк, и Чаадаев был послан Александром I проинспектировать и доложить о просшедшем. Час разговора с царем; о чем – никто не знает, но через месяц Чаадаев подает в отставку, а царь ее принимает, выразив неудовольствие по поводу самого Чаадаева.

У Чаадаева происходит духовный и религиозный переворот. Он становится сознательным христианином. "Есть только один способ быть христианином, это - быть им вполне" – пишет он.

 В 1823 г. уезжает за границу с намерением никогда не возвращаться. Это его спасло от ссылки за участие в Декабристском восстании, ибо он был тесно связан со всеми главными действующими  лицами восстания. Возвратился в Москву в 1826 г. и жил в доме Левашовых на Басманной.  Отсюда его прозвище «басманный философ».

29-31 гг. – пишет свои «Философические письма» (в оригинале по-французски). В списках они расходятся по Москве. В 1936 г. первое письмо публикуется в журнале «Телескоп».  Там читатели неожиданно прочли  о России такие строки:

 «Сначала дикое варварство, затем грубое суеверие…»

«… тусклое и мрачное существование, лишенное силы и энергии, которое ничто не оживляло, кроме злодеяний, ничто не смягчало, кроме рабства. Ни пленительных воспоминаний, ни грациозных образов в памяти народа, ни мощных поучений в его предании… Мы живем одним настоящим, в самых тесных его пределах, без прошедшего и будущего, среди мертвого застоя».

«Про нас можно сказать, что мы составляем исключение среди народов. Мы принадлежим к тем из, иных, которые как бы не входят составной частью в род человеческий».

Скандал был оглушительный. Журнал закрыт,  цензор, А.В. Болдырев, рекотр моск. ун-та (!), уволен; издатель, Николай Иванович Надеждин, литератор, профессор Моск. ун-та, сослан. У Чаадаева изъяли все бумаги, а сам он по высочайшему изволению объявлен сумасшедшим, и к нему приставлен доктор, ежедневно его осматривающий (говорят, что после первого осмотра доктор сказал: «Если б не моя семья, жена да шестеро детей, я бы им показал, кто на самом деле сумасшедший»). Позже медицинский надзор сняли, но ему было запрещено писать и публично высказываться. В 1837 г. Чаадаев пишет «Апологию сумасшедшего», где пытается объясниться с обществом за свои философические письма.

Умер от воспаления легких. Похоронен в Донском монастыре.

 

Социальная философия.

Учение Чаадаева, однако, гораздо глубже, чем просто нападки на Россию. Он выработал целую социальную философию, в основе которой было христианское понимание истории. И только неудачная подача материала (в первом же Философическом письме» были сделаны выводы о России, причем неокончательные) не позволили обществу с этой философией познакомиться. В начале письма он пишет: «Но поговорим сначала еще немного о нашей стране, при этом мы не отклонимся от нашей темы. Без этого предисловия вы не сможете понять, что я хочу Вам сказать. /1:324/. Хотя надо сказать, что первое письмо являет собой вполне законченный  абрис всей философии Чаадаева.

 

По собственной оценке – «христианский философ». Причем, философ социальный:

 

«Христианство обладает двумя легко различимыми функциями. Во-первых, действием на индивидуальное, во-вторых, действием на общее сознание» /1:333/.

«Народы – существа нравственные, точно так, как и отдельные личности. Их воспитывают века, как людей воспитывают годы» /1:326/.

 

«Таков подлинный смысл догмата о вере в единую Церковь... в христианском мире все должно способствовать - и действительно способствует - установлению совершенного строя на земле - царства Божия»

Чаадаев постоянно и настойчиво говорит об "историчности" христианства: "христианство является не только нравственной системой, но вечной божественной силой, действующей универсально в духовном мире"... "Ничего не понимают в христианстве те, которые не замечают в его чисто исторической стороне, составляющей столь существенную часть вероучения, что в ней до некоторой степени заключается вся философия христианства". /1:332/

"разум века требует совершенно новой философии истории"

"Способность сливаться (с другими людьми) - симпатия, любовь, сострадание... - это есть замечательное свойство нашей природы", - говорит Чаадаев. Без этого "слияния" и общения с другими людьми мы были бы с детства лишены разумности, не отличались бы от животных: "без общения с другими созданиями мы бы мирно щипали траву"

Смысл истории осуществляется "божественной волей, властвующей в веках и ведущей человеческий род к его конечным целям"

 

В истории творится Царство Божие – вот главная мысль Чаадаева. "Призвание Церкви в веках, - писал позже Чаадаев, - было дать миру христианскую цивилизацию",

Причем, Христос это делает даже помимо воли людей.

«Всюду, где произнесено имя Христа, оно само по себе неотразимо увлекает людей, что бы они ни делали» /1:337/.

 

И Запад идет в этом деле далеко впереди России. По его мнению:

"На Западе все создано христианством"; "если не все в европейских странах проникнуто разумом, добродетелью и религией, то все таинственно повинуется там той силе, которая властно царит там уже столько веков". И даже:

"И поэтому, невзирая на все незаконченное, порочное и преступное в европейском обществе, как оно сейчас сложилось, все же царство Божие в известном смысле в нем действительно осуществлено" /1:336/

англичане, – собственно говоря, не имеют истории, помимо церковной. /1:336/.

 

В России же ничего подобного:

«Окиньте взором все прожитые века, все занятые нами пространства, и Вы не найдете ни одного приковывающего к себе воспоминания, ни одного почтенного памятника, который бы властно говорил о прошедшем и рисовал его живо и картинно. Мы живем лишь в самом ограниченном настоящем без прошедшего и без будущего, среди плоского застоя»./1:325/.

 

В «Апологии сумасшедшего» (недописанной и неопубликованной при жизни) он писал:

«Больше, чем кто-либо из вас, поверьте, я люблю свою страну, желаю ей славы, умею ценить высокие качества моего народа; но верно и то, что патриотическое чувство, одушевляющее меня, не совсем похоже на то, чьи крики нарушили мое спокойное существование и снова выбросили в океан людских треволнений мою ладью, приставшую было у подножья креста. Я не научился любить свою родину с закрытыми глазами, с преклоненной головой, с запертыми устами.» /2:533/.

И  это совершенно верно. И Чаадаев искренне верит в великое будущее России.

«Более того, у меня есть глубокое убеждение, что мы призваны решить большую часть проблем социального порядка, завершить большую часть идей, возникших в старых обществах, ответить на важнейшие вопросы, какие занимают человечество. /2:534/

 

«Философические письма» – исходная точка, откуда начала расти вся русская философия. Вот некоторые отзывы великих на них:

Пушкин: «Что же касается нашей исторической ничтожности, то я решительно не могу с вами согласиться…. клянусь честью, что ни за что на свете я не хотел бы переменить отечество, или иметь другую историю, кроме истории наших предков, такой, какой нам Бог ее дал.»

 «Гадкая статья Чаадаева», – напишет Достоевский о знаменитом первом философическом письме в Записной тетради 1864 года.

 

 

Литература.

 

1. П.Я. Чаадаев. Философические письма // Полное собрание сочинений и избранные письма. Том. 1. – М.: Наука. 1991 – С.320-441.

2. П.Я. Чаадаев. Апология сумасшедшего // Полное собрание сочинений и избранные письма. Том. 1. – М.: Наука. 1991 – С.523-538.


 


К следующей лекции

К предыдущей лекции

Оглавление лекций

На главную страницу

Список работ автора


Rambler's Top100

Hosted by uCoz