Rambler's Top100

Карл Баллод и его «Государство будущего»

Андрей Костерин

 

В СМИ не остался не замеченным выход книги «Кристалл роста. К русскому экономическому чуду» (Александр Галушка, Артур Ниязметов, Максим Окулов). Достаточно указать «Директиву Дугина», презентацию книги на ПМЭФ-2021, серию интервью А. Галушки («Русское чудо как урок для ЦБ» на Царьград-ТВ, «Пять причин успеха советской экономики» в студии Дмитрия Пучкова, «Новая модель экономики России» в эфире канала СОЛОВЬЕВ Live). Одним из главных героев книги стал прежде почти неизвестный в широких кругах русско-литовско-немецкий экономист Карл Баллод, поэтому мы сочли необходимым подробнее остановиться на жизни и взглядах этого удивительного человека, оказавшего не меньшее влияние на судьбу России, чем его тезка Карл Маркс.

1. Биография Карла Баллода. Карлис Балодис родился в 1864 году под Ригой в латышско-немецкой семье. Его родители рано умерли, и Карлиса воспитывал дед, лютеранский священник. Балодис закончил Дерптский (Тартуский) университет, получив специальность теолога. В возрасте 24 лет он получает сан лютеранского священника и отправляется проповедовать в Бразилию.

Помимо миссионерской миссии по тайному заданию русского царского двора он под Сан-Паулу пытался основать латышско-русскую колонию. О планах стало известно французам и англичанам, которые поставили ультиматум царю Александру III – появление русской колонии в Бразилии означает вызов им и близко по статусу к объявлению войны.

Балодису пришлось спешно оставить Бразилию и отправиться в Германию, где в Йенском университете он защищает степень доктора географии. В 1893-95 гг. Балодис служит пастором на Урале, где он начинает длительное исследование по демографии, экономике и статистике края. Та же он сближается с русскими социалистами-народниками. В 1895 году царская охранка вынуждает Балодиса покинуть Россию.

Осев в Германии, он меняет имя с Карлиса Балодиса на Карла Баллода. В 1895 году он работает в Мюнхенском университете, в 1897 г. – в Страсбургском, где получает степень доктора наук по экономике. В эти же годы он вступает в социал-демократическую партию Германии. В 1898 году под псевдонимом «Атлантикус» выходит его самая знаменитая книга – «Государство будущего, производство и потребление в социальном государстве», в которой описывается идеальное с точки зрения германской социал-демократии государство. В 1906 г. книга выходит в России (точнее, в Киеве) небольшим тиражом и с цензорскими купюрами, и становится настольной книгой многих российских социал-демократов.

После «Государства будущего» у Баллода выходит еще несколько книг с фундаментальными исследованиями по экономике, статистике и демографии. Одна из них, «Смертность, возрастной состав и долговечность православного народонаселения обоего пола в России за 1851-1890 года», напрямую касалась России, где он впервые для демографии связал продолжительность и качество жизни не только с экономическими условиями, но и с мировоззренческими.

Во время Первой Мировой он становится советником по экономическим вопросам немецкого военного министерства, и разрабатывает систему продуктовых карточек. В будущем систему таких карточек из трудов и практики Баллода заимствуют правительства СССР и Англии.

В 1918 г. К. Баллод становится одним из создателей Независимой социал-демократической партии Германии, левого крыла соцдемов, по идеологии близкой к коммунистам. В 20-е годы ученый продолжает разрабатывать экономические теории будущего социалистического государства. Советский план ГОЭЛРО во многом осуществился благодаря идеям Баллода: летом 1920 года профессор был приглашен в Россию и стал консультантом разработчиков плана. А во второй половине 1920-х Баллод начинает консультировать правительство Сталина по индустриализации СССР.

Еще в эмиграции Ленин познакомился с книгой Баллода «Город будущего» и взял на вооружение многие его идеи. В работе «Об едином хозяйственном плане» В.И. Ленин не скрывает роли Баллода в реализации плана ГОЭЛРО: «Чтобы оценить всю громадность и всю ценность труда, совершенного “Гоэлро”, бросим взгляд на Германию. Там аналогичную работу проделал один ученый Баллод. Он составил научный план социалистической перестройки всего народного хозяйства Германии. В капиталистической Германии план повис в воздухе, остался литературщиной, работой одиночки. Мы дали государственное задание, мобилизовали сотни специалистов, получили в десять месяцев (конечно, не в два, как наметили сначала) единый план, построенный научно». Руководитель ГОЭЛРО Г. М. Кржижановский писал о важной роли Баллода в проекте: «Через план и электричество сделать новый тип хозяйства – сначала в России, а повезет с мировой революцией, и в Германии. Идеи Баллода неоценимы».

Карл Баллод умер в 1931 году. Во времена нацизма его имя как левого социал-демократа было предано забвению. После Второй мировой немецкая социал-демократия тоже нечасто вспоминала его, так как стала в идеях социализма уходить вправо. Увы, почти не известно имя и труды Баллода ни в СССР (где он не пришелся ко двору марксистским ортодоксам), ни тем более в современной России (где идеи социализма преданы остракизму).

2. Социально-экономическая программа Карла Баллода. Будет нелишне напомнить основные идеи Карла Баллода из его книги «Государство будущего». Некоторые вещи покажутся странными для социалистической программы (рента, частная собственность на землю), но надо иметь в виду, что программа создавалась для Германии, с учетом европейской ментальности. Следует обратить внимание на п. 6, где Баллод говорит крамольные для ортодоксального марксиста вещи: о социалистичности христианства, ненужности отделения церкви от государства и желательности привлечения церкви на сторону социал-демократии. Порядковая нумерация предложена в Блоге Толкователя:

«1) Если желательно, чтобы социализм осуществился мирным путем и в самом непродолжительном будущем, то прежде всего необходимо уничтожить жупел, устрашающий всякого, даже самого мирного гражданина и превращающей его в яростнейшего врага социал-демократии – надо отказаться от безвозмездной экспроприации собственников. Даже беспроцентный выкуп (Каутский) или выкуп со значительным погашением (Флюршейм), как ни корректен в теории, окажется на практике чересчур крайним средством и вызовет сильное и упорное сопротивление. По-моему, необходимо, чтобы переход средств производства в руки государства совершился на очень либеральных, выгодных для собственников условиях; можно выплачивать вечную ренту в размерах, соответствующих действительно доказанной величине доходов или с небольшим налогом на наследства.

2) Далее следует вопрос, что, собственно, предстоит сделать государству? Некоторые социалисты склонны вменить в обязанность обществу решительно все, даже исполнение всех домашних работ: приготовление пищи, стирку белья, чистку комнат, воспитание детей. Если бы государство должно было исполнять все эти работы, ему, действительно, пришлось бы доставлять такое большое число рабочих рук, что ни у кого не оставалось бы свободного времени, и утверждение, будто социалистический режим ничем не отличается от порядка в исправительных домах, оказалось бы не лишенным некоторого основания.

Мы поставим государству гораздо более ограниченную задачу: оно обязано заботиться о производстве и необходимых предметов потребления, одежды, питательных продуктов и строительных материалов, о государственных зданиях и средствах сообщения, Производство предметов роскоши, мебели, постройку частных жилищ, садоводство и огородничество, домоводство, книгоиздательство и печатание газет оно может без всякого ущерба предоставить частной инициативе.

Кроме того, оно не должно отнимать детей у семьи, но обязано только позаботиться о широкой постановке учебно-воспитательного дела. Всякий желающий трудиться должен иметь право требовать и получить работу от государства. По окончании установленного срока обязательной работы, т.е. по исполнении определенного числа нормальных рабочих лет и дней, точно установленных для каждой профессии на основании тщательных исследований, рабочие могли бы получать от государства пожизненную пенсию, обеспечивающую им необходимые средства для существования.

3) Следует попытаться доказать, что нормальное рабочее время возможно ограничить для мужчин 9-10 годами, для женщин 6-8 годами. Такие размеры рабочего времени были бы достаточны для того, чтобы создать средства для вознаграждения интеллектуальных работников и для ренты бывшим владельцам средств производства.

Всеобщая школьная повинность могла бы быть введена для юношей до 1718 лет, для девушек до 1516 лет. Если они вслед за этим будут без перерыва отрабатывать свой обязательный срок, то мужчины 26-28 лет, а женщины 21-22 лет могли бы уже получить право на пенсию и на всю жизнь освободиться от заботы о пропитании, создать себе уютную семейную жизнь, заботиться о комфорте и т.п.

По истечении срока, обязательного для приобретения права на пенсию, каждая семья получит по своему требованию от государства участок земли приблизительно в ¼ гектара в наследственное владение, для устройства дома и сада. С этой целью должны быть отведены известные участки под «колонии вилл», например, морские берега шириной до нескольких километров, склоны берегов рек, озер.

За строительный материал государство может назначить несколько нормальных рабочих дней. Для исполнения строительных работ и для производства мебели могли бы образовываться товарищества, которые обменивались бы услугами, так как, несомненно, нельзя же быть одновременно каменщиком и плотником, столяром и кузнецом.

Подобными предложениями можно отразить один, из последних доводов робких филистеров, боящихся, что в социальном государстве все будет регламентировано, люди будут обязательно жить в мрачных казармах, окажется невозможной частная семейная жизнь, устройство уютного семейного очага, не будет места для проявления частной инициативы. Передать в собственность государства жилища, мебель, сады, парки не имеет смысла. В городах, несомненно, государству придется скупать отдающиеся в наем дома по предложению их владельцев, так как последние будут, быть может, терпеть убытки от падения квартирных цен.

4) Что касается перехода земли в собственность государства, то вовсе не приходится настаивать на отчуждении небольших владений: они могут быть оставлены прежним владельцам для разведения, хотя бы, садов.

5) Тем не менее и у социального государства есть одна цель, ради которой необходимо допустить новообразование процентного капитала: вознаграждение за важные изобретения и открытия, за выдающуюся государственную или научную деятельность. Но для этой цели нужна относительно очень небольшая сумма, для всей Германии не больше 50-100 млн. марок в год; эта сумма окажется достаточной для большого вознаграждения изобретателей.

6) Что касается религии и пресловутой свободной любви, то следует особенно сильно подчеркнуть, что эти вопросы не имеют существенной связи с социальной проблемой. Последняя носит исключительно экономический характер.

Враждебное отношение многих социалистов к современной церкви объясняется тем, что ее представители ополчаются против социал-демократии. Они должны поступать таким образом потому, что сами зависят от государства, т.е. от современного общественного строя. Но социал-демократы делают серьезную ошибку, требуя отделения церкви от государства. Когда наступит день победы пролетариата, то окажется, что благодаря этому требованию добровольно отдано оружие, которое помогло бы привлечь к социализму круги верующих, еще сопротивляющихся ему.

Дело в том, что христианство – в высшей степени социалистично, даже коммунистично; если сохранится зависимость церкви от государства, то ее представители очень скоро станут с гораздо большим рвением защищать новый порядок и новую предержащую власть (которые ведь тоже будут казаться установленными Богом), чем теперь они защищают современный строй. Кроме того, большинство людей имеет те или иные религиозные воззрения, какую-нибудь веру в чудеса, если не мистическую, то материалистическую. В интересах государства - как можно менее вмешиваться в существующие религиозные отношения, относиться совершенно терпимо ко всем религиям; его задача — заботиться о поднятии и распространении народного образования.

7) Относительно семейной жизни нужно заметить следующее. Большинство людей вовсе не имеют таких, свойственных кукушке привычек, благодаря которым они добровольно захотели бы как можно скорее освободиться от своих детей, т.е. сложить заботу об их воспитании с самих себя на государство. Поэтому не совсем понятно, к чему понадобилось бы изменение существующих брачных отношений.

8) Не важен также конституционный вопрос – чем должно быть социальное государство, монархией или республикой – иными словами, важно подчеркнуть, что монархия может быть сохранена без какого бы то ни было вреда, если она поставит своей целью осуществление требований народа, а благосостояние его будет считать своим главным законом.

Утопично предполагать, что в социальном государстве окончательно исчезнут всякие преступления. Но число их значительно сократится, когда будут устранены причины, их вызывающие: бедность, нищета, невежество, бесприютность и беспризорность детей. Прежде всего уменьшится число рецидивов, как только государство станет доставлять преступникам, отбывшим срок наказания, возможность жить честным трудом.»

Программе Карла Баллода более ста лет, но человечество смогло воплотить ее лишь в советский период, причем полно и концептуально – лишь в короткую сталинскую фазу. На этот факт обращают внимание авторы книги «Кристалл роста» и не без оснований утверждают: «А что, можем повторить. Не пугая никого репрессиями и тоталитаризмом. Не в них же было дело, – дело было в Карле Баллоде, в сочетании стратегического планирования с поддержкой мелкой и средней частной инициативы, в двухконтурной модели денег, в отсутствии экономической догматики. Формула Баллода: альянс судьбы между государством и народом в общем судьбоносном деле построения подлинно суверенной общества – суверенной экономики и социальной справедливости. Вот это-то как раз мы можем и должны повторить или построить заново».

3. Диалог Баллода с критиками социализма. В этой части мы хотим дать слово самому Карлу Баллоду в ответ на критику оппонентов социализма. Критика эта настолько часто циркулирует как на РНЛ (в статьях и в комментариях), так и на других площадках, что превратилась в своего рода «золотой канон противников социализма. Многие из-посоянных критиков на РНЛ узнают себя, - тем удивительнее будет узнать, что их доводы не новы и были аргументированно отбиты более века тому назад. Раздел построен в форме диалога (как мы уже делали это в статье «Выполнима ли «Миссия России»?»), а ответы К. Баллода почерпнуты из книги «Государство будущего»

Социализм – это утопия, а социалисты против свободы.

Конечно, социальный порядок не может гарантировать всеобщего счастья, о котором мечтают утописты. Всегда будут существовать люди недовольные, неудовлетворенные. Все, чего можно будет достигнуть, это — осуществление более справедливых условий существования, а для этого, по моему мнению, недостаточно одного только соединения пролетариев всех стран. Самые благородные, великие умы должны посвятить себя служению дела народа, в упорной и бесстрашной борьбе стремиться к усовершенствованию человеческих отношений: только пытливому уму, не отступающему перед тяжелым трудом, доступны сокровенные источники истины («nur dem Ernst, den keine Mühe bleichet, rauscht der Wahrheit tief versteckter Born»). Но, конечно, освобождение рабочего класса должно быть делом самого пролетариата, — масса имущих богачей не пошевельнет пальцем, пока ее не принудит к этому суровая необходимость. Быть может, низшие классы, если рассматривать каждого отдельного их члена, не лучше отдельных представителей высших, — но в своей совокупности низшие слои населения являются поборниками и передовыми бойцами прогрессивного принципа, между тем как представители высших отстаивают регресс и вырождение.

Социалисты борются с людьми, а не с грехом.

Социализм борется не с людьми, а с учреждениями, превращающими человека в хищного зверя; требуя создания одинаковых, равных для всех людей условий существования, он желает прежде всего улучшения материального благосостояния широких масс, которое должно открыть путь этическому и интеллектуальному прогрессу…

Социализм – это сатанинский и богопротивный строй.

Дело в том, что христианство – в высшей степени социалистично, даже коммунистично; если сохранится зависимость церкви от государства, то ее представители очень скоро станут с гораздо большим рвением защищать новый порядок и новую предержащую власть (которые ведь тоже будут казаться установленными Богом), чем теперь они защищают современный строй.

Социализм – это насилие над человеческой натурой, противоестественный строй.

Одно из самых излюбленных возражений против социализма заключается в том, что социалистический строй якобы невозможен: люди не ангелы, а простые смертные, руководимые эгоистическими побуждениями, а социализм требует для своего осуществления предварительного изменения человеческой природы. Несомненно, в настоящее время эгоистические мотивы в действиях людей настолько сильны, что с ними необходимо надо считаться. Мы с ними и считались, когда составляли предлагаемый труд; в нем предположено вполне вознаградить имущие классы за уничтожение собственности, и устанавливать для умственных работников большие оклады, чем для физически трудящихся лиц. Помимо этого, выдающиеся теоретики социализма очень хорошо сознают значение эгоизма, как движущей силы современного общества, а также как фактора перехода к социалистическому строю. Когда Каутский говорит: «Распределение продуктов в будущем обществе в ближайшее время будет совершаться в формах, являющихся развитием существующих в настоящее время форм оплаты труда», то он считается именно с современными людьми, а не с идеальными людьми будущего… Хотя социалистический строй и не может удовлетворить решительно всех, тем не менее даже большинство самых мелочных эгоистов и мещан сумеет примириться с ним, если только он не сократит их доходов. Они такие же поклонники всякого успеха, как и все люди, а поэтому скоро станут так же усердно расхваливать новый порядок, как усердно они его ругают теперь, защищая и восхваляя современный.

Социализм – это казарма, оставляющая 0 личного пространства для человека.

А что касается бесцветности и монотонности социалистического строя, то можно возразить, что именно современный хозяйственный строй стремится заглушить все благородные побуждения, душить страсть, любовь, грозить превратить лучшие чувства в условные отношения. Только «до тех пор, пока люди любят, пока еще может быть разбито сердце», до тех пор, но и только до тех пор «пребывает на земле богиня Поэзия». Современный общественный строй, безграничная «система конкуренции», запугивает поэзию и романтику, превращают искусство в наемницу извращенного вкуса денежных тузов, ставит на его место пошлую обыденщину и голую прозу жизни, которая с течением времени могла бы довести последнего способного чувствовать человека до отчаяния и самоубийства. Если бы не оставалось надежды на лучшее будущее, на возможность свободного и всестороннего развития благороднейших свойств человека, если бы и в будущем жизнь была бы так же несносно тяжела, как в настоящем, и даже могло бы наступить ухудшение, то оставалось бы только воскликнуть вместе с Фаустом: «Dann magst du mich in Ketten schlagen, dann will ich gern zu Grunde gehen!» («Тогда ты можешь заковать меня в цепи, тогда я охотно погибну!»).

Целевая аудитория социалистов – это кружок сектантов, которые страшно далеки от народа

Многие противники социализма заявляют, будто лишь очень небольшое число людей обладает той мерой нравственности и духовного просвещения, которая необходима для достойного пользования большим досугом, предоставляемым людям в социалистическом обществе. Такое утверждение весьма характерно указывает, какими различными аршинами люди меряют самих себя и других. Никто не находит ничего дурного в том, что десяток тысяч высших, наиболее богатых людей, мнимый “цвет” народов глубоко погрузился в праздность. Как будто специально для нашего времени Тургенев обрисовал в своей “Нови” особый тип, Калломейцева, признававшего только два принципа: шампанское для собственной драгоценной особы и кнут для черни, простонародья. Конечно, мы вовсе не хотим отрицать воспитательного, морального влияния труда, но если масса людей и после выполнения работы не находит заслуженного досуга, если никакой труд, никакое прилежание не спасает их от нищеты, то пусть уж лучше рухнет весь этот мир несчастья — и человечество не будет обречено на вечные, безысходные страдания».



На главную страницу

Rambler's Top100